20 января 1942 года на вилле Марлье в Берлине прошла конференция, о которой в ту пору знал лишь узкий круг причастных лиц. Именно там был сформулирован тезис об «окончательном решении еврейского вопроса» — машина массового уничтожения евреев Европы должна была заработать на полную мощность.
Прибалтийские «передовики»
Участники Ванзейской конференции не только строили планы, но и подводили итоги, отмечая, так сказать, «передовиков». Похвалы от высокопоставленных нацистов удостоилась Эстония, официально получившая статус «юденфрай» — территории, свободной от евреев.
Власти современной Эстонии не любят об этом вспоминать, однако факт остается фактов — боссы Третьего Рейха поражались тому, насколько быстро эстонцы освоили тактику истребления.
Сегодня в Таллине местные историки утверждают — дескать, после присоединения Эстонии к СССР у местного населения резко испортилось отношение к евреям. Они, мол, принимали активное участие в перестройке жизни республики на социалистические рельсы.
Депортация как «счастливый билет»
На деле, конечно, эта задача была не под силу четырем с половиной тысячам евреев Эстонии. К тому же две трети из них были заняты частным предпринимательством, что не вызывало большого доверия у советских властей.
В итоге около 500 эстонских евреев попали под проводившиеся в республике в самый канун гитлеровского нападения депортации «антисоветского, уголовного и социально опасного элемента». Ирония судьбы в том, что те, кого депортировали, вытянули счастливый билет — в отличие от тех, кто остался.
После нападения гитлеровской Германии на СССР, во время тяжелых оборонительных боев Красной Армии, эстонские коллаборационисты приступили к диверсионным операциям в советском тылу, а также к карательным акциям на территориях, которые были захвачены немцами.
Поручение начальника айнзацкоманды
В одном только Тарту члены эстонских формирований «Омакайтсе» летом 1941 года казнили 12000 человек, в число которых вошли советские военнопленные и мирные жители, объявленные неблагонадежными.
После оставления Таллина Красной Армией 28 августа 1941 года гитлеровцы поставили вопрос о необходимости «очищения» Эстонии от евреев.
10 сентября 1941 года начальник айнзацкоманды 1А Мартин Занденбергер поручил ликвидацию эстонских евреев «Омакайтсе».
Занденбергер не считал задачу сложной. Во-первых, к тому времени в Эстонии оставалось всего около 1000 евреев, во-вторых, они пребывали в уверенности, что немцы «цивилизованная нация», а значит, угрозы для них нет.
«Были уничтожены эстонскими силами самообороны»
Эстонцы действовали системно — к 20 сентября были составлены списки всех евреев, затем начались аресты, причем мужчин отправляли в Таллинскую тюрьму, а женщин и детей — в концлагерь.
Мужчин вывозили за город на расстрел по 10-15 человек. 15 октября 1941 года в немецком отчете говорилось: «Арест всех евреев мужского пола в возрасте старше 16 лет почти закончен. Все они были уничтожены эстонскими силами самообороны под руководством зондеркоманды 1А».
Покончив с мужчинами, взялись за детей и женщин. В декабре 1941 года в Берлин доложили — уничтожены 963 человека, евреев в Эстонии не осталось.
Надежная «машина смерти»
«Заслуги» эстонцев оценили — помимо статуса «юденфрай», местным коллаборационистам выделили квоту на уничтожение евреев из других стран Европы. Эстонская «машина смерти» не отличалась размахом Аушвица, но работала безотказно. Последнюю партию евреев из Франции доставили в Эстонию в мае 1944 года. Из них выжить удалось не более чем двум десяткам человек.
За время гитлеровской оккупации эстонские силы истребили около 8500 евреев, около 1000 цыган, тысячи советские военнопленных. Более того, карательные эстонские формирования участвовали в уничтожении мирного населения на территориях РСФСР и Белорусской ССР.
Эстонское рвение по части убийств было настолько сильным, что скрыть его не получилось даже в постсоветские времена.
Страна категории F
Так, комиссия по расследованию преступлений против человечности при президенте Эстонии в 2001 году вынуждена была признать, что «ряд эстонских граждан участвовали в актах геноцида по отношению к цыганам и евреям на территории Эстонии и за её пределами».
Признать, однако, не значит наказать. Центр Симона Визенталя, занимающийся розыском нацистских преступников, относил республику к категории F — странам, действия которых по поимке преступников провалились полностью и которые не соглашаются расследовать и судить их, несмотря на то, что они проживают на их территории.
Доходило до совсем уж абсурдных вещей. В Соединенных Штатах был обнаружен Михаил Горшков, который в годы войны служил в гестапо в белорусском Слуцке. Преступника, причастного уничтожению 3000 человек, лишили американского гражданства и в 2002 году выслали в Эстонию, уроженцем которой он являлся. Однако республика, возбудившая против него дело, затем закрыла его «за отсутствием доказательств». Горшков умер в 2013 году — оказалось, что тиражирующая русофобию Эстонская республика готова укрывать русских, если они в свое время служили карателями у нацистов.
Поэтому нынешняя любовь эстонцев к украинским нацистам явление не новое — это наследие времен «юденфрая».