Командир «Адмирала Кузнецова»: интерес СМИ к нашему дыму плохо объясним

Командир тяжёлого авианесущего крейсера «Адмирал Кузнецов» Сергей Артамонов. © / Александр Яковлев / РИА Новости

Тяжёлый авианесущий крейсер «Адмирал Кузнецов» снова оказался в центре внимания всего мира, после того как совершил успешный поход к берегам Сирии. Корабль вышел ещё в октябре, а уже в ноябре — впервые в истории российского флота — применил палубную авиацию в боевой задаче, нанеся удары по террористическим группировкам в Сирии. Поход продлился чуть менее пяти месяцев. Сразу по возвращении в Североморск командир самого большого корабля российского флота Сергей Артамонов дал эксклюзивное интервью «АиФ».

Досье
Сергей Артамонов. Родился в 1970 г. После окончания Калининградского высшего военно-морского училища был назначен на ТАВКР «Адмирал Кузнецов», последовательно прошёл все командные должности — от командира зенитно-ракетной батареи до командира корабля (2011 г.). Капитан 1-го ранга.
   
   

Сергей Осипов, «АиФ»: Сергей Григорьевич, как прошёл переход к берегам Сирии и обратно?

Сергей Артамонов: Переход в Восточное Средиземноморье для нашего корабля явление не новое. Поход был заранее спланирован, хорошо и всесторонне подготовлен. Безусловно, учитывались и гидрометеоусловия. Со штормами проблем не было. Корабли и суда, входящие в корабельную авианосную группу, имеют достаточную мореходность для выполнения задач и в более сложных условиях.

Иностранные флоты, конечно, проявляли к нам интерес. За весь поход мы зафиксировали присутствие рядом с собой 50-60 кораблей стран НАТО. В определённых местах (например, от Норвежского моря до Восточной части Средиземного моря) нашу группу одновременно сопровождали по 10-11 их. С одной стороны, такое внимание несколько озадачивало. С другой — внушало определённую гордость: значит, чувствуют нашу силу, считаются с нашим Военно-морским флотом и Андреевским флагом! Да и было, что почувствовать: флагман Северного флота, тяжёлый авианесущий крейсер (ТАВКР) «Адмирал флота Советского Союза Кузнецов», атомный ракетный крейсер «Пётр Великий», 2 больших противолодочных корабля, 4 судна обеспечения, 2 спасателя...

За весь поход мы зафиксировали присутствие рядом с собой 50-60 кораблей стран НАТО.
Владимир Путин и командир авианосца «Адмирал флота Советского Союза Кузнецов», капитан 1 ранга Сергей Артамонов. 27 июля 2014. Фото: РИА Новости/ Михаил Климентьев

— Кроме силы вашей корабельной группы западные недоброжелатели отметили, что «Адмирал Кузнецов» здорово дымит.

— Это не признак каких-то неисправностей. На самом деле корабли стран НАТО тоже дым пускают. Может, их дым уходит в небеса не так высоко, как наш. Но на то у «Адмирала Кузнецова» и самая высокая труба во всём нашем флоте! Совсем не дают дыма только корабли с атомной энергетической установкой, к которым тяжёлый авианесущий крейсер «Адмирал Кузнецов» не относится.

   
   

Повышенный интерес иностранных СМИ к дыму «Адмирала Кузнецова» плохо объясним. Лучше бы за свежестью своих новостей следили! Например, вчера очередной раз посмотрел интернет. То, что британские газеты выдавали за свежие фотографии «Адмирала Кузнецова», было снято в 1995-1996 годах. Это видно даже по окрасу корпуса, надстроек и палубы корабля. Сейчас цвет другой. Или взять трактор, который мы списали 10 лет назад... На их фотографиях он палубу чистит. На крейсере этим уже давно занимается более современная техника.

Совсем не дают дыма только корабли с атомной энергетической установкой, к которым тяжёлый авианесущий крейсер «Адмирал Кузнецов» не относится.

Работа по берегу

— Российский авианесущий корабль под вашим командованием впервые принял участие в реальных боевых действиях. Ваша фамилия войдёт в учебники. Как минимум в учебники для военно-морских училищ. Гордитесь?

— По поводу моей фамилии... Это меня как-то не очень волнует. Для меня куда важнее, что в походе все достойно выполнили свои задачи: от матроса до офицера. А вот то, что по действиям нашего корабля будущие поколения военных моряков будут изучать боевое применение палубной авиации и участие в боевых действиях наших кораблей — причём кораблей различных классов — действительно важно!

— Трудно далось это самое «боевое применение» у сирийских берегов?

— Труднее было на этапе подготовки, при обучении лётчиков нанесению ударов по береговым объектам. Но есть незыблемое правило: «Тяжело в учении — легко в бою». Огромную роль в подготовке к действиям в реальной боевой обстановке сыграли и учения различного масштаба, и внезапные проверки боеготовности, в которых участвовал Северный флот.

А на месте... При выполнении задач в Средиземном море мы учитывали возможное наличие определённых систем ПВО у боевиков. Оправдан учёт любой, даже минимальной угрозы. Поэтому, естественно, самолёты и вертолёты приходилось использовать так, чтобы исключить возможность их поражения с земли. По мере возможности наши лётчики стремились наносить удары без захода в зону поражения возможной противовоздушной обороны террористов. Это логично и определяется таким понятием, как лётное мастерство. Оно и было продемонстрировано при нанесении ударов по объектам террористов.

Всего авиация с «Адмирала Кузнецова» совершила 420 боевых вылетов, из них 117 — ночью. Кроме того, было сделано более 700 вылетов для обеспечения боевой работы. Что это значит: взлетает палубный истребитель или садится, в воздухе обязательно висит спасательный вертолёт. Причём не потому, что мы не уверены в своей технике. Так должно быть! Мы находимся на море, а у него свои законы. 

Если транспортные вертолёты доставляют куда-то грузы или людей — с одного корабля на другой, с «Адмирала Кузнецова» на берег и обратно — их всегда сопровождают вертолёты огневой поддержки. Всего на «Адмирале Кузнецове» вертолётов всех типов в этом походе было больше десятка. Это позволяло комплексно и в полной мере выполнять все поставленные задачи.

Командир авианесущего крейсера «Адмирал Кузнецов» Сергей Артамонов во время торжественной встречи авианесущего крейсера «Адмирал Кузнецов» в Североморске. Фото: РИА Новости/ Александр Яковлев

Отец Сергий

— А зачем возить моряков с одного корабля на другой?

— Например, по медицинским показаниям. Заболел кто-то, операцию понадобилось сделать, а лучший госпиталь во всей группе — на «Адмирале Кузнецове». Или, скажем, для улучшения морального состояния. Этот фактор в море всегда имеет огромное значение.

Пусть на авианесущем крейсере и нет такой штатной должности, но в поход вместе с нами вышел священник Русской православной церкви отец Сергий. Для работы с паствой он использовал каждую возможность, чтобы на вертолёте перелететь с борта крейсера на любой другой корабль. Я шёл в этих вопросах навстречу. В море важна сплочённость коллектива, духовное единение, исторические российские ценности и флотские традиции.

— Что отличает службу на авианесущем крейсере от службы на других надводных кораблях?

— Если смотреть на практическую сторону вопроса, то для матроса разница, возможно, минимальна. Это в плане функциональных обязанностей. Но не забывайте важную деталь: те, кто служит на «Адмирале Кузнецове» испытывают особую гордость. Ведь это служба на самом большом боевом корабле, на флагмане. Это обстоятельство повышает ответственность каждого члена экипажа крейсера. Кстати, в этом походе экипаж «Кузнецова» впервые был полностью укомплектован контрактниками. Для штурманов и рулевых штурманской боевой части крейсера разница тоже минимальная. Несмотря на свои размеры и водоизмещение, «Адмирал Кузнецов» отличается прекрасной манёвренностью. Он одинаково хорошо чувствует себя в открытом море, в проливах, заливах, при маневрировании на рейде. Но напомню: основное оружие авианосца — его авиагруппа. Это и есть его отличие от кораблей других классов. И эту особенность — сочетание и сосуществование на одном корабле морской и авиационной составляющей — надо учитывать.

Служба офицеров крейсера имеет некоторые отличия от службы на других надводных кораблях. Это численность экипажа, боевых постов, палуб, других корабельных помещений. Офицеры «Адмирала Кузнецова» должны прекрасно знать устройство такого огромного корабля. И они знают. Море всегда проверяет. И в этот раз проверка была наиболее строгой. Они её выдержали с честью.

— При возвращении в Североморск экипаж, по традиции Северного флота, получил угощение: жареных поросят. А вас чем встретили дома?

— Дома побывать не удалось, так что я пока в предвкушении... Много ответственности и обязанностей. Это и швартовка корабля, и переход с походного повседневного режима на режим стоянки в базе. Командир любого корабля всегда уходит домой последним...