Вражда на века. ЕС поклялся отомстить России, конец войны ничего не изменит

У России и ЕС много общих экономических интересов. © / © Michael Kappeler / www.globallookpress.com

Европа даже после завершения войны на Украине не собирается восстанавливать отношения с Россией. Об этом СМИ заявила глава Евродипломатии Кая Каллас. Неужели в ЕС готовы и дальше терять колоссальные деньги на импорте дорогих энергоносителей, жертвовать уровнем жизни своих граждан и терпеть высокую инфляцию вместе со стагнацией экономики — и все это только ради того, чтобы принципиально «не дружить» с РФ?

   
   

«Стратегический противник»

Словам чиновников ЕС нужно придавать значение только в том случае, когда они подтверждаются конкретными документами — только так можно отличить информационный шум от реального политического курса, отмечает доцент Финансового университета при Правительстве РФ, политолог-европеист Вадим Трухачев. Хотя Каллас не раз была замечена в преувеличениях и откровенных вымыслах, на этот раз она не придумывает. В аналитических докладах и официальных стратегиях, которые периодически публикует Брюссель, проводится та же линия — сотрудничество с Россией в любой форме нежелательно и опасно.

«Еще до начала войны, в 2021 году, ЕС назвал Россию „стратегическим противником“, — напоминает Трухачев. — Поэтому здесь дело не в украинском конфликте. Просто европейские власти видят в России опасного конкурента, с которым нужно бороться. Это долгосрочный курс, он строго выполняется, и предпосылок для его пересмотра не просматривается. Правда, это не означает, что европейцы не пойдут на диалог с Москвой. Могут и пойти, но только если окажутся в ситуации, когда без него уж совсем не обойтись».

Русофобия дороже капитализма

При этом у России и ЕС много общих экономических интересов, и они обусловлены в том числе географической близостью, естественным образом подталкивающей стороны к взаимовыгодному сотрудничеству. К слову, совместные бизнес-проекты могли бы снизить градус конфронтации: крупные компании по обе стороны баррикад запротестовали бы против такой политики, боясь потерять свои инвестиции и прибыль. Подобную картину мы видели на примере Китая и США: торговый оборот на сотни миллиардов долларов и высокая взаимозависимость экономик уже несколько раз вынуждали Вашингтон «давать заднюю» в тарифных войнах и разных санкционных ограничениях. Но так происходит, только если политическое руководство готово внимать здравому смыслу и ставить прагматические аргументы выше собственной картины мира. Однако высшие посты в Брюсселе сегодня занимают другие люди.

«Проблема в том, что для европейских властей деньги менее важны, чем идеология, — подчеркивает Трухачев. — Россия для них — государство-бунтарь, которое противится гегемонии западного мира и игнорирует его политическую доктрину. Неважно, сколько миллиардов долларов можно заработать на экономическом сотрудничестве, для Брюсселя первостепенно другое — наказать Россию за собственное мнение».