В Калининграде, со всех сторон окруженном недружественными странами НАТО, стартовала сессия Международного дискуссионного клуба «Валдай» «От мировых „боев без правил“ к диалогу цивилизаций». Можно ли говорить о диалоге цивилизаций, когда на Западе РФ прямо называют страшным врагом, aif.ru обсудил с программным директором Международного дискуссионного клуба «Валдай» Тимофеем Бордачевым.
Глеб Иванов, aif.ru: Тимофей Вячеславович, конференция «Валдая» посвящена диалогу цивилизаций. Но можно ли говорить о диалоге, когда страны Запада поставляют оружие для ударов по территории России и объявляют о подготовке войны с нами?
Тимофей Бордачев: Есть недружественные правительства, а есть недружественные народы. Разница колоссальная. У России нет недружественных народов, только правительства и политические режимы, с которыми действительно разговаривать сейчас бывает не о чем. А вот с народами как раз-таки нужно говорить всегда, вне зависимости от того, какие у нас сейчас военно-политические отношения в результате действия украинцев.
А сейчас разговаривать нужно тем более, учитывая, насколько сложная и взрывоопасная международная ситуация. Сейчас как раз нужно вести такие диалоги, чтобы создавать страхующие механизмы и не скатываться в одичание и войну всех против всех.
И Калининград в этом отношении — очень уместное место проведения такого мероприятия, потому что этот город — это как наш форпост, окруженный со всех сторон натовскими странами. Но также Калининград — это процветающий культурный образовательный туристический центр России. Да, к сожалению, сейчас международная обстановка очень тревожная. Но жители соседних стран НАТО должны видеть, что мы не колючей проволокой от них отгораживаемся, а живем хорошей и современной жизнью.
Отношения с Россией — это всего один из вопросов внешней политики, причем часто далеко не самый приоритетный. На выборах люди голосуют за целый комплекс вопросов по поводу целого комплекса проблем.
— Но ведь это они стараются наш Калининград отгородить от себя колючей проволокой. Блокаду вот грузовую пытались там устроить.
— Что делать, насильно мил не будешь. Пусть отгораживаются, потом за свой счет снимать будут.
— Вы сказали о недружественных правительствах. Мы видим, что многие из них не пользуются сейчас поддержкой общества. У уходящего в отставку Стармера было в районе 15% поддержки. Во Франции и Германии дела у Макрона и Мерца не сильно лучше. При этом лидеры сменяются, а политика остается прежней. Как так получается?
— Для начала надо понимать, что отношения с Россией — это всего один из вопросов внешней политики, причем часто далеко не самый приоритетный. На выборах люди голосуют за целый комплекс вопросов по поводу целого комплекса проблем. И, естественно, собственные социально-экономические проблемы волнуют людей там гораздо больше, чем далекая Россия. Подавляющему большинству плюс-минус все равно, что там политики делают с Россией, пока это не коснется их лично.
Нас наконец-то стало интересовать отношение не западных стран — раньше ведь мы всегда на Запад смотрели.
Во-вторых, важно понимать, что сейчас против конфликта с Россией выступают относительно молодые для европейской политической арены силы. Для избирателей эти силы — что-то новое, неизведанное, непонятное. За них просто боятся голосовать.
Представьте себе, что вам предлагают выбор между неизвестностью и старым известным злом. «Мириться лучше со знакомым злом, чем бегством к незнакомому стремиться», — писал Шекспир. Вот из этого, похоже, и исходят избиратели на Западе, которые раз за разом выбирают знакомое зло.
— Мы говорим о диалоге культур. Помимо Запада, есть еще и Глобальный Юг. Как там изменилось отношение к России за время СВО?
— Нас наконец-то стало интересовать отношение не западных стран — раньше ведь мы всегда на Запад смотрели. Теперь это меняется.
А на Глобальном Юге к нам всегда было хорошее отношение. Прежде всего, потому что мы мало где конкурируем. Мы не имеем багажа колониального прошлого, мы в советские годы наработали хорошую репутацию, и сейчас мы тоже никаких угроз для Глобального Юга не создаем. И пусть может казаться иногда, что хорошее отношение ничего не стоит, на деле это не так. В определенный момент времени это может сыграть свою роль.