Нефтяные цены на фоне сообщений Дональда Трампа о сделке между США и Ираном обвалились на 5% до 83 долларов за баррель, следует из данных лондонской биржи ICE.
Сделку лидер Белого дома анонсировал словами: «Суда всего мира, запускайте двигатели. Пусть течет нефть!». Церемония подписания документов пока намечена на пятницу, 19 июня, добавил пакистанский премьер-министр Шахбаз Шариф. Она должна пройти в Швейцарии. Иранское агентство Mehr при этом приводит 14 пунктов из проекта американо-иранской сделки, которые включают немедленное прекращение боевых действий на всех фронтах, снятие морской блокады, разблокировку Ормузского пролива в течение месяца с согласия Исламской республики, приостановление санкций на продажу «черного золота».
«Происходящее на самом деле говорит о том, что стороны продвигаются к открытию Ормузского пролива, — сообщил Юшков aif.ru. — И хотя рынки начинают потихоньку закладывать в цену такой сценарий, а трейдеры — распродавать фьючерсы на нефть, что и приводит к снижению цен, ситуация пока весьма неустойчивая. Еще один вопрос — статус иранской нефти, ведь одно дело — сообщения Трампа и СМИ, а другое — официальные документы, то есть генеральная лицензия США, разрешающая продажу иранского „черного золота“».
При этом для России эффект от снятия с Ирана санкций может быть неоднозначный, считает специалист.
«Цены на нефть могут уйти еще ниже, потому что Иран, избавившись от ограничений, будет активнее продавать свое сырье, сможет вкладываться в развитие добычи и увеличивать объемы производства, — объясняет он. — В этом случае на рынке может сформироваться переизбыток предложения, что, кстати, вполне может вызвать вопросы со стороны ОПЕК и ОПЕК+. Для нашей страны польза тут состоит в том, что у Китая останется только один поставщик, готовый продавать нефть со скидкой, и эту скидку можно будет уменьшить. С другой стороны, на высоких нефтяных ценах мы неплохо зарабатывали, могли компенсировать то, что недополучили в первом квартале: в январе баррель нефти Urals продавался за 41 доллар, а в мае — уже за 87 долларов. В этом плане снижение цен для нас негативно, но, конечно, не смертельно».