25 ноября исполнилось бы 100 лет замечательной советской и российской актрисе театра и кино Нонне Мордюковой, чьё творчество оставило яркий след в истории отечественного кинематографа.
«На мою долю выпала огромная честь и огромная боль — быть близкой родственницей и свидетельницей заката великой актрисы. Нонна Викторовна была для меня не просто знаменитой теткой, а самым близким человеком. Она меня забирала из роддома... И даже выдавала замуж. В ней я находила ту любовь и заботу, которых была лишена в детстве, и готова была ей служить всем, чем могу», — рассказывает Юлия.
Наследство, которое стало проклятием
После ее ухода в 2008 году рухнул не только мой мир, но и вся большая семья, которую Мордюкова так любила и собирала за одним столом. А началось все с квартиры.
Еще при жизни актриса все четко определила. «Я всю эту историю знаю изнутри, — продолжает Юлия. — И знаю одно, что Нонна Викторовна всё оставила своей сестре Наталье, не внуку, не другим сёстрам, никому... Она завещала всё... И квартиру».
Эта трёшка в Крылатском, которую ей когда-то подарил Виктор Черномырдин, стала яблоком раздора.
Наталья Викторовна, сестра Нонны, ухаживала за ней до самого конца.
«Последние годы тётя Наташа, конечно, взяла на себя все заботы о Нонне. И продлила ей жизнь. Нонна Викторовна отблагодарила её по заслугам», — добавила Юлия.
Война за метры
После смерти Натальи в 2022-м, квартиру раздели на три части: одна досталась Юлиной маме Татьяне (у Мордюкой было три сестры — Наталья, Людмила и Татьяна), самой Юле и её двоюродной сестре Елене. Но это не помирило семью, а лишь развязало войну.
Самым страшным ударом стало разорение самой квартиры. Когда Юлия приехала туда после смерти тети Наташи, сердце разорвалось от боли.
«После ухода Натальи Викторовны начался настоящий грабеж: родственники начали приезжать и увозить, приезжать и увозить... Каждый хотел что-то урвать», — отметила Юлия.
Двоюродная сестра женщины — Елена, с которой Юлия должна была вместе сохранить память, решила всё продать. «Только продажа, и срочная. Да сразу хочу 20 миллионов: „Да мне наплевать, да всё тут надо вывозить“. Чтобы не допустить этого, мой муж... выкупил эту долю у Елены. Теперь мы здесь живём и пытаемся сохранить то немногое, что осталось. Сегодня собственником квартиры значусь я, а ипотеку платит муж, такое условие было у банка», — добавила женщина.
Вместо эпилога
«Порой мне кажется, что на семье Мордюковых проклятье, — с горечью признает Юлия. — Нонна Викторовна, для которой семья была величайшей ценностью, не могла и представить, что после ее ухода родные люди переругаются из-за метров. Она учила меня совсем другому: „Наплевать, во что ты одета, наплевать, что ты ешь. Главное — это идея, цель. У тебя должна быть красивая цель“. Сейчас тёти Нонны нет, а я пытаюсь следовать ее заветам и сохранить то, что осталось от ее наследия — не материального, а духовного. Но очень тяжело идти этой дорогой в одиночку, когда самые близкие люди оказались по другую сторону баррикад».