12 февраля 1916 года родился Готлиб Ронинсон — советский актер театра и кино, игравший небольшие, но заметные роли, и один из немногих артистов, которых Юрий Любимов оставил на Таганке из старого состава театра.
В конце декабря 1991 года Готлиб Ронинсон должен был снова выйти на легендарную сцену театра на Таганке в не менее легендарном спектакле «Мастер и Маргарита». Роль у него там была небольшая — дядя и наследник Берлиоза Поплавский, пытавшийся унаследовать «нехорошую квартиру». На тот спектакль актер не приехал. Обеспокоенные коллеги оправились к нему домой — и обнаружили, что он скоропостижно скончался от инсульта. До своего 76-летия Ронинсон не дожил двух месяцев...
Второй бог на Таганке
У Ронинсона вообще было мало ролей, да и те, что были, у него с возрастом «пропадали». В самом начале, в 1970-е, когда Юрий Любимов только поставил на Таганке «Мастера и Маргариту», актер играл ещё и конферансье Бенгальского, но с годами ту роль у него забрали — впрочем, в восьмидесятые лихорадило не только карьеру Ронинсона, но и сам театр, которому он отдал большую часть своей жизни. Правда, актером он стал достаточно поздно — родился в 1916-м, отца почти не помнил — родители развелись, когда он был совсем ребенком. В детстве пытался стать певцом, занимался в хоре при Большом театре, но тенора из него не получилось, и об опере пришлось забыть. Потом была Великая Отечественная война, в армию Ронинсона не призвали из-за слабого здоровья, работа в детском доме в эвакуации, возвращение в Москву — и лишь в 30 лет окончил Щукинское училище, где учился вместе с Владимиром Этушем. Ну а потом оказался в труппе московского театра драмы и комедии.
Когда в 1963 году этот театр отдали Любимову, тот очень быстро избавился почти от всех актеров прежней труппы, остались считанные единицы — у нового худрука были обширные полномочия. Среди «старичков» был, например, молодой Вениамин Смехов. А ещё — Ронинсон, которому досталась роль Второго бога в «Добром человеке из Сезуана»; потом эта роль перешла Владимиру Высоцкому. Впрочем, Ронинсона Любимов задействовал почти во всех знаковых спектаклях Таганки 60-70-х годов — в «Антимирах» по Андрею Вознесенскому, в «Десяти днях, которые потрясли мир», в «Жизни Галилея», в «Пугачёве», в «А зори здесь тихие...». И в скандальном «Мастере и Маргарите», где Маргариту играла Нина Шацкая.
Ронинсон не был звездой театра — скорее, тягловой лошадкой, создающей нужную атмосферу для настоящих звезд. Сложно сказать, насколько актер тяготился этой ролью, но в конце 1960-х он оказался среди своих коллег из театра Сатиры, которые составили костяк «Кабачка „13 стульев“». Правда, и в «Кабачке» Ронинсон был не главным героем — играл пана Станислава, который уступал по популярности пани Монике в исполнении Ольги Аросевой или пану Ведущему, которым много лет был Михаил Державин.
Кислярский против Бендера
В кино было то же самое. Ронинсон оказался очень характерным актером — режиссеры с удовольствием использовали его запоминающуюся внешность, но до главных ролей не допускали. При этом он снимался у ведущих мастеров советского кинематографа — в его небольшой фильмографии есть картины «Большая перемена», «Афоня» Георгия Данелии, «Раба любви» Никиты Михалкова. Он много раз сотрудничал с Эльдаром Рязановыми — сыграл у него в эпизодах фильмов «Берегись автомобиля», «Зигзаг удачи», «Старики-разбойники», «О бедном гусаре замолвите слово». А в «Иронии судьбы» именно к плечу персонажа Ронинсона приваливается изрядно охмелевший Женя Лукашин, сыгранный Андреем Мягковым.
Но, наверное, большинство зрителей помнит Ронинсона по одной сценке из фильма Леонида Гайдая «12 стульев» — она небольшая, но из неё в народ ушли сразу три цитаты; это тот эпизод, когда Бендер и Воробьянинов в Тифлисе встречают Кислярского и выманивают у него деньги. «Я дам вам парабеллум» — эту фразу сказал Бендер в исполнении Арчила Гомиашвили; «Я думаю, торг здесь неуместен» — это фраза Воробьянинова, сыгранного Сергеем Филипповым. А Кислярского играл как раз Ронинсон — и именно он дрожащим голосом, но с внутренним сомнением произнес: «А двести рублей не спасут отца русской демократии?»
Собственно, этого хватило, чтобы Ронинсон прославился на весь СССР — Гайдай вообще был мастером таких мелких гэгов и реприз, которые делали занятых в них актеров знаменитыми. Слава, впрочем, оказалась своеобразной — все знали актера в лицо, но мало кто — по фамилии. Он, кажется, никогда не жаловался, да и не на что было — в театре занят, в кино снимают, почетные звания дают. Правда, со званиями тоже получилось странно — заслуженным артистом РСФСР Ронинсон стал в 1970-м, в 54 года, а народным — в 1989-м, когда ему было уже 73...
Удивительно, но жизнь Готлиба Ронинсона почти полностью прошла при советской власти — родился он за год до революционных событий 1917 года, а скончался в декабре 1991-го. За несколько месяцев до смерти он, словно предчувствуя уход, заказал себе памятник на могилу — но только с датой рождения. Похоронили его на Введенском кладбище, рядом с матерью.